«Моя история – путешествия и создание картин»

Художница и иллюстратор Наталья Тур рассказала TOTUM о вдохновении, путешествиях, любимых работах, традиционном и современном искусстве, а также о планах на будущее и мечтах.

— Наталья, расскажите, кто привил вам любовь к путешествиям? И когда вы поняли, что именно в них найдете источник вдохновения?

— Отчасти сама фамилия Тур определила образ моей творческой жизни. Путешествовать с родителями я начала рано. Мы жили на севере и меня как «северного, заполярного ребенка» отправляли к родственникам на юг. Но настоящие творческие поездки, связанные уже с искусством, начались в 1999 году. Я тогда ещё не осознавала границы своего творчества, я их только нащупывала и искала, у меня начал формироваться, как я называю, личный язык художника, то восприятие жизни, которое я перекладывала на холсты.

Работа, которая называется «Воспоминание», написанная в то время, была продана в Париже. На улице вдоль канала Сен-Мартен, неподалеку от площади Бастилии была уличная выставка, которая, думаю, существует до сих пор. Очень часто именно она становилась стартовой площадкой для многих художников во Франции, так произошло и со мной. Первая проданная работа стала началом творческого пути.

В двухтысячные было много поездок во Францию в рамках системы русских культурных центров. Тогда мы устраивали совместные выставки, а параллельно не могли удержаться от посещения барахолок. На них я покупала разные мелочи для натюрмортов, которые можно видеть на моих картинах.




Постепенно из этих поездок и впечатлений начала складываться более общая идея моего творчества — так появилась «Панорама путешествий». Эта идея пришла мне на Кубе в 2011 году. Там я решила делать «длинные работы». Первой в этой серии стала «Гавана». Приехав в этот город, мы арендовали мастерскую на центральной пешеходной улице Обиспо. Она упирается в художественный музей и знаменитый бар «Флоридита», который прославил Эрнест Хэмингуэй. На картине «Гавана» композиция построена так, что человек стоит за баром, а перед ним открывается вид на вечерний город, который я увидела с крыши своей мастерской.

Потом были другие поездки в Европу: Флоренция, Тоскана, где тоже рождались длинные композиции. И только в Амстердаме мне захотелось изменить формат работы и тогда появились картины «Цветы Амстердама» и «Дома на воде». К тому времени я уже точно понимала, что моя история – путешествия по миру и создание картин. И она не прекращается: если я куда-то собираюсь, то у меня всегда есть с собой этюдник и всё необходимое для работы. Даже если я еду куда-то в Гималаи, у меня всегда предусмотрено дополнительное место багажа – рюкзак с пленэрными материалами. Я стараюсь всё фиксировать и делиться своими путешествиями.




— Есть ли среди ваших картин любимая работа? Как она создавалась и почему именно она?

— Да, конечно есть. Есть старая любимая работа, есть новая любимая работа, а есть и такая, про которую ты ещё на этапе замысла понимаешь, что это удача. Сейчас я бы назвала картину «Бабье лето», на которой девочка буквально растворилась в солнечном свете. Она написана в Крыму, и, поскольку, я реалист, то часто обращаюсь к натуре. Пейзаж на этой картине – вид на Гурзуфское седло.




Эта работа о способности раствориться в моменте и пребывать в этом состоянии. Главная героиня закрыла глаза и находится в блаженстве, ощущая тепло. Когда пишешь такую сюжетную работу, то концентрируешься на ощущениях и все эмоции автора переходят в образы картины, чтобы зритель почувствовал то же.

Есть у меня и ещё одна любимая картина – «Остров». Её я решила не продавать, а оставить в семье и подарила своей сестре в день свадьбы.




— Что вам нравится, а что отталкивает в тенденциях современной русской культуры? И что для вас русская культура?

— Мне кажется, русская культура тесно связана с преемственностью. Я представитель классической школы, окончила Академию художеств в Санкт-Петербурге, основанную ещё при Екатерине II. На мой взгляд, её академическую традицию можно считать одним из главных достижений отечественной художественной школы.

По большому счёту, сегодня не так много людей, которые могут взять простой карандаш и с его помощью нарисовать, например, человека. Современные художники часто пользуются различными компьютерными технологиями. Но прежде всего они должны уметь держать инструмент в руках, пользоваться им, чтобы нарисовать лицо человека, передать его эмоцию.

Художников сейчас настолько много, что я, честно говоря, теряюсь. Сегодня любой, у кого есть желание созидать, автоматически становится художником. И это хорошо, когда люди занимаются творчеством. Но я считаю, что сегмент настоящего искусства должен существовать отдельно. Это удел избранных, потому что художник ‒ это человек, который прежде всего, умеет видеть чуть шире и больше, чем остальные. Только достигнув момента переноса идеи, сделанное становится искусством, которое должно помочь человеку стать чище, лучше и сильнее, наполнить его духовностью. На мой взгляд, только если все эти условия соблюдены, и работа выполнена профессионально, тогда её можно отнести к искусству, которое будет передаваться дальше и иметь высокую ценность.




К сожалению, современное человеческое восприятие во многом стало клиповым, без потребности размышлять о серьёзных вещах. Поэтому и тенденции современного искусства направлены, прежде всего, на зарабатывание денег и на обслуживание «общества потребления». Так происходит не только у нас, это общемировая практика.

В России осталось очень мало площадок для традиционного искусства. В основном их занимают очень дорогие проекты с кураторским отбором, который не пропустит классического художника. И ему очень трудно найти место, чтобы выставить свои работы – в этом я и вижу одну из главных проблем сегодняшнего дня. Потому что считаю, что картины созданы, чтобы занять своё место у людей в домах, нести радость и свет. Я всегда говорю, что для меня именно это называется искусством.

— Как вы считаете какой он, художник XXI века?

— Какой он, современный художник? Ну, я и сама современный художник (улыбается). В целом это люди, которым свойственно стремление к уединению, но при этом они очень счастливы. Потому что в мире изобразительного искусства есть только творец и холст. Нет посредников, как в театре или кино. Есть свобода на пути воплощения замысла. Только ты, твоя рука, творческий мозг и никого, кто бы диктовал как именно что-то делать. Поэтому художник в этом смысле счастливчик.

— На вашем сайте есть информация о некоторых ваших новых проектах, один из которых будет связан с путешествиями («Север-Юг. Образы» прим. редакции). Расскажите о нем. И где можно будет увидеть ваши картины, когда проекты будут завершены?

— «Север-Юг. Образы» ‒ это моя нескончаемая история. У меня было два больших проекта и одноименная выставка, которая открылась в 2017 году в Союзе художников. В 2025 году в Музее декоративно-прикладного искусства в Москве открылась моя персональная выставка «Полюса творчества», на которой были представлены более сорока работ. Государственные музейные площадки важны для статуса художников, и я горжусь этим проектом. Я стараюсь показывать разнообразие своих произведений. Есть картины, написанные в Крыму, в Тоскане и Гаване, о которых рассказала ранее, а есть северные работы. Это результат поездок на Соловки, на Белое море, где я собирала материал для дипломной работы «Забытая деревня». Побережье Белого моря, огромные корабли поморов, выкинутые на берег, их древние деревни Верхняя и Нижняя Золотица… Я до сих пор люблю приезжать в эти места. У меня есть сравнительно новые работы, написанные не более пяти лет назад, вдохновленные именно теми путешествиями. Я планирую продолжать поездки и дальше наполнять картины этими историями.




Увидеть мои работы можно на выставках, информацию о них я размещаю в своих социальных сетях. Кроме того, можно приехать и в мастерские. Одна из них расположена в Сергиевом Посаде, с видом на Троице-Сергиеву лавру (ул. Фаворского, 26). Там находятся выставочные работы и всё, что накопилось за последние годы.

Ещё я занимаюсь реализацией проекта под названием «Дорога в Лавру». Есть такой паломнический путь, протяженностью 120 км, который начинается от Иверской часовни, расположенной у Воскресенских ворот, ведущих на Красную площадь и заканчивается в Троице-Сергиевой лавре. Он проходит по удивительным историческим и культурным местам. Так раньше шли паломники на поклон к Сергию Радонежскому и сейчас идут, но среди них становится всё больше любителей путешествий и красивых мест. По пути встречаются усадьба Мураново, Абрамцево и множество музеев. Эту дорогу можно пройти пешком, а не пролететь на машине. Я сама преодолела этот маршрут и, в рамках проекта, «прочищаю» его для будущих участников. Работа пока в самом начале, но в планах сделать серию картин со знаковыми местами этой дороги. Мне кажется, это очень интересная история.

— Есть ли у вас мечта, связанная с творчеством? Если да, то какая?

— Конечно. Ведь даже когда думаешь, что у тебя всё есть, всё равно хочется чего-то ещё. Мне бы очень хотелось поучаствовать в съёмках кино в качестве художника. У меня есть друзья из этой сферы, и, наблюдая за их работой, я часто думаю о том, каким мог бы быть мой собственный опыт кинохудожника. Мне кажется, они настоящие волшебники, потому что так переделывать и преображать пространство — это невероятно интересно.

— Что для вас эстетика?

— Эстетика — это когда все красиво: пропорции, формы, содержание. В дизайне эстетика неотделима от комфорта и функциональности. В идеале, если касается всех сфер жизни человека.

— Какая эпоха из прошлого вызывает у вас симпатию? Хотели бы в ней оказаться?

— Мне всегда нравился модерн. Удивительный стиль, такой, своего рода, взрыв мозга! Продлился он недолго, но был удивительно плодотворным, ярким и чувственным. Иногда мне даже кажется, что я уже жила в это время. Когда я была в Нанси, у меня часто возникало смутное чувство deja vu.

— Что бы вы положили в капсулу времени в память о нашей эпохе?

— В капсулу времени нужно положить телевизор. Так сразу подумалось. Помните, как у Никиты Михалкова в фильме «Урга. Территория любви»? Пусть черный экран просто отражает мир вокруг нас.